Сауны Красноярска
Каталог саун Статьи о саунах Обзоры саун Юмор о сауне
Сауны красноярска
   
 
Обзоры саун
 

Русская баня

        На территории нынешней России бани появились очень давно: Геродот описывает своеобразные скифские бани, распространенные на территории современного Причерноморья.
        Скифская баня представляла собой своеобразный чум (или вигвам) из трех жердин, обтянутых шкурами или войлоком. Внутри стоял чан с водой, куда бросали раскаленные камни, а на них сыпали конопляное семя. Получался такой сильный пар, что скифы «вопили от удовольствия». А скифские женщины за сутки до бани умащивали свое тело составом из кипариса, кедра и ладана. После парения и мытья оно становилось чистым и блестящим.
        Следующим шагом в развитии русской бани было появление бань-полуземлянок (частично углубленных в землю круглоскатных и односкатных шалашей-хижин) и бань-землянок. Такое сооружение легко и быстро строится, кроме того, оно достаточно теплоизолировано, и банный эффект здесь получается значительно большим, чем в вигваме или шалаше.
        Подобные бани были распространены даже в Финляндии, а в XX в. ими пользовались участники больших советских строек в необжитых местностях и партизаны в годы Второй мировой войны.
        В низинных местах, затапливаемых в половодье (в том числе и на Нижнем Дону), бани строились на сваях, непосредственно над водной поверхностью.
        Древние бани носили разные названия, в зависимости от местности и населявшей ее народности:
        — мовь,
        — мовня;
        — мовница; .— мыльня;
        — впадня;
        — баня (летописи X—XIII вв.).
        Во время царствования Петра I русская баня стала быстро распространяться по миру. В 1713 г., будучи в Париже, Петр приказал построить для себя и своих гренадеров баню на берегу Сены. После бани гренадеры купались в реке даже зимою, чем вызывали изумление парижан, а на замечание королевского гофмейстера, дескать, солдаты перемрут от такого купания, Петр заметил, что не перемрут, а закалятся, ибо для них привычка - вторая натура.
        Антонио - Нуньес Риберо Санчес, автор трактата о российских банях, пишет о них, как о драгоценнейшем благе, которое может послужить для «крепости и здравия тела» не только в России. В частности, Санчес пишет о свойствах русского пара:
        «...Сим образом производимый пар не расслабляет твердых частей тела, как пар древних римских и нынешних турецких бань: ибо сей пар в Российских банях, будучи составлен стихийными частицами огня и воздуха и возобновляем по произволению, мягчит и не расслабляет его: он расширяет орудия дыхания, боевые и другие жилы, оживляет и восстанавливает оные части в то состояние, в коем они были прежде».
        Толковый словарь Даля дает определение бани, закрепляя тем самым окончательный вид, который приняла русская баня:
        «Баня паровая, или русская баня, строение или покои, где моются и парятся, не просто в сухом тепле, а в пару, почему важнейшие части бани: калильная печь с булыжником (каменка) или с ядрами и чугунным боем (чугунка) или с колодою в виде опрокинутого котла с завороченными окраинами, затем полок с приступками и подголовьем, на котором парятся, лавки вокруг стен, на коих моются, чаны с горячею и холодною водою или краны для этого в стене, шайки для мытья и окота, вехотки (мочало) для мылки, веники (березовые или дубовые) для парки. При порядочной бане есть предбанник, где раздеваются, отдыхают, запивают баню квасом и пр.».
        Арабский путешественник X в. Ибн Паста отмечал в своих путевых записках, что россияне очень любят горячо париться в бане, нещадно хлеща себя вениками из березы, дуба или крапивы, а затем валяться в снегу, купаться в проруби или, на крайний случай, в кадушке с ледяной водою.
        Первое упоминание о русской бане в отечественной истории встречается в «Повести временных лет» (945 г.). Многие иностранцы писали о русской бане с удивлением и уважением.
        Например, в 30-х годах XVII столетия Адам Олеарий описывал свои впечатления от посещения русских бань так:
        «Русские могут выносить чрезвычайный жар, и в бане, ложась на полках, велят себя бить и тереть свое тело разгоряченными березовыми вениками, чего я никак не мог выносить, затем, когда от такого жару сделаются все красными и изнемогут до того, что не в силах больше оставаться в бане, они выбегают из нее голые, как мужчины, так и женщины, и обливаются холодной водой, а зимой, выскочив из бани, валяются в снегу, трут им тело, будто мылом, и потом., остывши таким образом, снова заходят в жаркую баню».
        В XVII в. по указу царя Алексея Михайловича начали строить общественные бани. Они принадлежали частным лицам, и вначале это были одноэтажные постройки, расположенные на берегах рек. Отапливались они дровами и имели три помещения: раздевальное, мыльное и парное. Воду сначала носили вручную, затем появились водопроводы, первые из них, разумеется, работали на царские бани.
        На Руси баню любили все и ходили в нее все: и цари, и простолюдины.
        У крупнейшего историка и знатока жизни русского народа Н. И. Костомарова в «Очерке домашней жизни и нравов великорусского народа в XVI и XVII столетиях» читаем
        0 том, что вообще русские ходили в баню очень часто, так как она была первой потребностью в домашней жизни — и для чистоплотности, и для какого-то особенного наслаждения, в котором понимали толк лишь русские и восточные народы.
        Своя мыльня была практически в каждом зажиточном доме, а кроме того, для простонародья и для проезжих всюду по городам существовали общественные (или царские) мыльни. За вход туда платили деньги, которые составляли во всем государстве ветвь царских доходов.
        Ежегодно собиралось таким образом со всех мылен, находившихся в ведомстве Конюшенного двора, до двух тысяч рублей (суммы по тем временам немалые).
        Частные мыльни в соответствии с указом топились
        1 либо 2 раза в неделю. Исключение составляли жаркие летние периоды, когда стояли сухие и горячие дни, что создавало угрозу пожара; по воле местных воевод в такие периоды могли делаться исключения для родильниц и больниц. Царские же мыльни топились всегда, и в такие периоды их сборы резко увеличивались.
        Впрочем, запрещение топить свои мыльни больше касалось городских и посадских крестьяй, зажиточные и знатные люди топили их по своему усмотрению, когда им было угодно. Простонародье же негативно относилось к таковым запрещениям: баня для русского человека была такой насущной необходимостью, что по поводу запрещения топить ее жители грозили правительству «разбрестись врознь из своих домов».
        Как же пользовались баней в русском средневековье?
        Обычно в баню ходили после обеда, не опасаясь дурных последствий. Жар в парильне был нестерпимый. На скамьях и полках постилали сено, покрывая его полотном. Парящиеся ложились на него и велели бить себя вениками «до усталости», после чего выбегали на воздух и бросались в реку или озеро (летом) либо в прорубь или снежный сугроб (зимой). Зимой катались в снегу или обливались водой на морозе.
        Всегда кто ходил в мыльню, тот и парился, — это было всеобщим обычаем, и понятие «помыться» было нераздельно совмещено с парной процедурой.
        В общественных мыльнях было два отделения — мужское и женское, которые отделялись одно от другого перегородкой, причем вход был общим. И мужчины, и женщины, входя в мыльное отделение нагишом, встречались друг с другом, но это никого не смущало: они закрывались вениками и без особенного замешательства разговаривали.
        В более отдаленные времена в русских общественных банях вообще было принято париться и мыться вместе мужчинам и женщинам, причем это касалось даже монахов и монашек.
        Немцы, жившие в Москве, заимствовали от русских их мыльни, но придали им больший комфорт, уют и ухоженность.
        Немецкие мыльни приобрели в Москве славу и пользовались популярностью у высокопоставленных и зажиточных людей. Вместо голых скамей в них были тюфяки, набитые пахучими травами, причем по мере надобности старая трава выбрасывалась, а свежая набивалась. Предбанники у немцев были особенные: чистые и светлые, здесь было удобно раздеваться и одеваться. После мытья посетителя обтирали и клали в постель — отдохнуть. Тут появлялась женщина-прислуга, которая приносила мед, пиво или сбитень для питья.
        Русская баня была главным лекарством от всяких болезней: как только русский чувствовал себя нездоровым, он тотчар выпивал водки с чесноком и перцем, закусывал луком и шел в баню париться.
        Как для простонародья, так и для других сословий баня была своеобразной школой той удивительной нечувствительности ко всем крайностям температуры, какой отличались русские, всегда удивляя этим иностранцев. Тем не менее, относительно высших классов общества, по замечанию Костомарова, «при сидячей жизни бани пережили бездействие и изнеженность: в особенности женщины высшего сословия отличались этим и казались хилыми и брюзгливыми».
        Знаменитый русский полководец А. В. Суворов, как известно, в детстве был больным и физически слабым. Лишь благодаря постоянным физическим упражнениям и закаливанию он стал настолько крепким и выносливым, что это вошло в легенды.
        Важнейшую роль в этом сыграла баня. Верность ей он пронес через всю свою жизнь. Он пристально следил, чтобы русские солдаты всегда получали «банноб довольствие», были опрятны и чисты, мылись, парились, стирались регулярно, всегда и везде, в том числе — в полевых условиях, «на бивуаках». До преклонного возраста Суворов сохранял неукротимую энергию, жизнерадостность и работоспособность. В журнале «Замечатель» за 1842 г. говорилось, что Суворов выдерживал в бане на полке ужасный жар, после чего на него выливали ведер десять холодной воды.
        Обожал русскую баню и знаменитый певец Шаляпин. «Это у меня с детства, — вспоминал он. — Любил я с отцом ходить в баню... Там мылись мы и парились часами, до устали, до изнеможения. А потом, когда ушел я из дому, помню: первым долгом, если хоть один пятак был у меня в кармане, шел в баню и там без конца мылся, намывался, парился...»
        На Руси было несколько основных разновидностей бань. Наиболее широко известные — баня по-черному, баня по-белому и самая экзотическая — баня в русской печи.
        Баней по-черному называется любая баня, парная которой не имеет дымовой трубы, и дым от банной печи выходит прямо в парилку. В старину, когда налог за жилище платился «с трубы», российский люд хитрил и топил «по-черному» не только бани, но и жилые помещения.
        Некоторые любители народной бани считают, что баня по-черному даже лучше, экзотичнее, чем точно такая же баня по - белому (с трубой). Дескать, в «черной» бане по-особому ощущается дух от дровишек, прокопченные стены после хорошей протопки отдают особенный, «духмяный» жар. И если народу в «черной» бане парится немного, то для дачного участка или охотничьей заимки она вполне сгодится.
        После протопки парилку в такой бане проветривают, стены окатывают водой и парятся «по-черному».
        Баня по - белому — это прежде всего печь с хорошим дымоходом. Парятся там обычным порядком: сперва льют воду на раскаленные камни печи-каменки, потом выгоняют лишний пар полотенцами или простынями, слегка (минуту-другую) выдерживают «для опуска», потом забираются на полки и ждут «седьмого пота» (о технике парения см. в соответствующем разделе данной книги). Проветривают и окатывают водой парилку в такой бане только после того, как наберется много опалого листа и влаги на полу и полках.
        На Руси отношение к бане было особенное, уважительное, наполненное правилами и суевериями, например, считалось, что в бане живет ее незримый хранитель — баенник, который может иметь, как домовой или леший, супругу — шишимору (кикимору). Этот «нечистый банщик», согласно преданиям зарождался из обмылков, и в полнолуние, в заполночную пору, мог запросто уморить задремавшего в парилке выпивоху: а не ходи париться во хмелю.
        Материалисты утверждают, что это предание призвано убедить любителей попариться в пьяном виде в необходимости соблюдать технику безопасности и не засыпать в парилке, ибо можно либо вообще не проснуться, либо остаться парализованным на всю жизнь: алкоголь и жар в совокупности оказывают синергичесное (взаимоусиливающее) действие, и удар по сосудам мозга и сердца может оказаться роковым.
        А злого баенника народная молва, дескать, придумала для доходчивости.
        На Руси в баню полагалось ходить перед всеми большими праздниками. Часто там занимались супружеской любовью и после этого благочестивые муж и жена несколько дней не смели входить в церковь, а церковную службу слушали, стоя на пороге. Молодежь, догадываясь о причинах такой стеснительности, перемигивалась и прыскала в кулачок.
        Без бани не обходилось ни одно торжество. Накануне свадьбы после «утренника» невеста приглашала подруг на девичник «в жарку банюшку».
        Сюда же шли молодожены на следующий день после свадьбы согласно обряду.
        В течение многих столетий именно в бане принимали роды повивальные бабки. Разогретое тело роженицы легче справлялось с родовыми нагрузками, да и гигиену поддержать было проще, чем в жилой избе.
        Угощали легким паром и дорогих гостей. Выручала баня и тех, кто перепил «зелена вина», выгоняя похмелье. Многие народные целительские методики непосредственно связаны с использованием бани.
        Третья, сейчас уже забытая, но очень популярная в прошлом (особенно у жителей степных районов) разновидность русской бани — баня в русской печи.
        Для того чтобы попариться в русской печи, заготавливали все необходимое и сначала использовали печь по своему прямому назначению: пекли хлебы, варили обед. Затем вынимали из нее все и устилали внутреннее пространство ржаной соломой и ставили деревянное ведро (ендову) с водой.
        Забирались внутрь, брызгали водой (или квасом) на солому и стены и парились сколько душе угодно.
        Часто здесь, в русской печи, парили и старых, немощных. Такого человека клали на доску и вдвигали в печь как противень с пирогом. А следом влезал здоровый, чтобы парить и мыть больного.
        П. И. Страхов в «Сказаниях русского народа» так описывал порядок парки в русской печи:
        «Когда истопят печь пожарче, например, под хлеба, то как вынут их, возьмут воду, нагреют загодя, настелют под соломою, веник прихватят, распаренный домягка. Для хорошего духу — небольшую посудину с квасом. А ежели невеста и жених перед свадьбой — то с пивом: еще запаши-стее. Улегшись в печи как способнее, велит человек затворить за собой устье печи, прыскает по сторонам и поверху квасом ли, пивом ли. Всего лучше пучком соломы прыскать. Потом ее в воду окунуть и прыснуть снова — пару поддать себе, сколько надобно, а потом уже и париться. Выходит разопрелый человек из печи в сени или во двор — холодной водой окатывается. Непременно надо полежать потом — на лавке или на полу, на соломе. Отдохнув, помыться у печи со щелоком, а ежели опять на теле зуд почувствует, снова в печь лезть и париться в другой раз».
        Понятие «со щелоком» следует пояснить особо. Речь идет не о соде или поташе, а о древесной золе, которую разводили в бочке с дождевой водой, настаивали некоторое время, а потом употребляли вместо мыла. Таким образом мылись и в XX в., в лихолетье войн, революций и разрух.
        На Руси баня строилась, как правило, из дерева и имела два помещения. Одно называлось предбанником (передбан-ником), а также сенями, сторожкой, предмыленной и др. Здесь стояли лавки, а также стол, накрытый красным сукном, на которое клали «мовное платье»: простыни, опахала, головной колпак, рушники и др. После крещения Руси здесь, в предбаннике, всегда висели икона и крест.
        В другом помещении находилась печь-каменка (или чугунка) четырехугольной формы. Над сводом устья печи было отверстие, куда укладывались речные камни-окатыши: они удерживали тепло при протопке. Рядом с печкой устраивался полок со ступенями и изголовьями. Над ним находилось маленькое окошко, которое служило отдушиной: его открывали, если жар становился уж очень невыносимым, а также чтобы избежать опасности угореть.
        В бане обязательно имелись кадки и чаны с горячей и холодной водой, деревянные или медные тазы (шайки), мочала, скребницы и веники. В отдельных сосудах (в классической традиции — берестяных туесах, которые сохраняли температуру как термосы) держали квас, им обливались перед началом парки.
        В сельских и бедных городских банях пол был бревенчатым, в более благоустроенных банях пол делался из досок.
        Материалом для строительства бани служило дерево (подавляющее большинство бань так и называлось — «банными срубами»).
        Первая русская каменная баня была построена в 1090 г. в г. Перёяславле при церкви св. Андрея Первозванного.
        Веники для русской бани заготавливали поздней весной и ранним летом (на Троицу), когда лист становился уже упругим, но еще не грубым, а на дубе не появились еще желуди.
        Ветки для веника брали дубовые и березовые, к ним добавляли липовые, кленовые, можжевеловые и лиственничные ветки. Веники просушивались и хранились в стогах сена, здесь они становились плоскими, не пересыхали, не осыпались и делались исключительно ароматными.
        Иногда на веники делались наговоры (любовные, целительные), а затем с ними парились, считая, что магическое воздействие, усиленное паром и жаром, обязательно достигнет цели.
        Банные обычаи и ритуалы тщательно соблюдались вплоть до XX в., некоторые из них возвращаются и сейчас.
        Баня считалась местом обитаемым. О материалистических воззрениях на баенника мы уже упоминали, теперь посмотрим на этого легендарного обитателя мылен и парилен глазами наших суеверных предков.
        Несмотря на то, что, по утверждению пословицы, «Баня парит, баня правит, баня все исправит», «баня-паруша» признается в фольклоре местом нечистым, а после полуночи — даже страшным и опасным.
        В большинстве своем русские баньки в старину были закоптелыми и обветшалыми сооружениями, которые нарочно выставляли из порядка прочих деревенских строений. Судя по внешним признакам о банях никто особенно не заботился, они всегда имели вид зданий, обреченных на слом, кроме того, они часто сгорали от неосторожного обращения, может поэтому сложилась про баню такая присказка:
        На чужой-то на сторонушке,
        На злодейке незнакомой,
        На болоте баня срублена,              
        По сырому бору катана,
        На лютых зверях вожена,
        На проклятом месте ставлена.
        Всем русским людям был известен баенник (банник, байник) как нечистый дух из нежити, поселяющийся во всякой бане за каменкой, чаще всего — за полком, где обычно парятся. В мифах русского Севера встречается банный дух женского пола — банница («обдериха») — властная хозяйка с распущенными волосами и большими зубами (у нее обязательно надо попросить разрешения помыться, а после поблагодарить).
        Однако дух бани обладает противоречивым характером («нет злее банника, да нет его добрее»).
        Согласно поверью, баенник всегда моется после трех перемен посетителей и с собой приглашает знакомых духов и бесов (чертей, леших, овинников, гуменников, межевиков, шишей болотных и др.). Если же кто-нибудь в это время пойдет париться в баню, то живым оттуда не выйдет: черти его задушат, а людям покажется, что человек угорел или запарился.
        Баенник, представляемый в виде черного босого (иногда мохнатого) мужика с длинными волосами, бородой и огненными глазами, может пугать неурочных посетителей стуком, бросать в них мусор, кидаться горячими камнями из каменки, плескаться кипятком, и если не убежать от него умеючи (задом наперед), он может совсем запарить.
        Поэтому в русских деревнях никогда не парились «в четвертую смену» и банная пора заканчивалась максимум в 7 часов вечера.
        В случае, когда приходилось «нарушать» банный распорядок, да и вообще на всякий случай, баенника старались задабривать: приносили угощение из куска ржаного хлеба, круто посыпанного крупной солью.
        Иногда старались обезвредить банного духа и навсегда отобрать у него злую силу и охоту вредить. Для этого ему приносили в дар черную курицу. Когда после пожара отстраивалась новая баня, черную курицу (лучше накануне чистого четверга) душили (не резали), не ощипывая перьев, закапывали в землю под порогом бани. После этого уходили задом наперед, беспрерывно отвешивая поклоны.
        Еще, чтобы задобрить банника, знающие люди, кроме хлеба-соли, оставляли баннику немного воды («на четвертую перемену»), кусочек мыла, а веники никогда не уносили в избу.
        Вообще-то банник — завзятый собственник и стремится владеть баней нераздельно в любое время суток. Редкий путник осмелится попариться или остановиться на ночлег в бане ближе к полуночи. Не терпит баенник и тех, кто спит в бане после мытья или моется поздно и в одиночку. Тогда случаются страшные вещи вроде случая, описанного в книге С. В. Максимова «Нечистая, неведомая и крестная сила».
        Запоздавший в дороге мужик забрался в свою баню попариться перед празником после полуночного часа. Снимая рубаху, по неаккуратности стащил и тельный крест. Когда залез на полок париться, то не смог слезть оттуда подобру-поздорову: веники сами собой так и хлестали его по бокам. Слез кое-как с полка, сунулся к двери, а она залипла — не отдерешь, а веники все хлещут и хлещут. Хорошо, что жена его спохватилась, кликнула на помощь; мужики рубили топорами дверь, рубили, да только искры летят вместо щепок. Выручила знахарка, которая прочла молитву и побрызгала на дверь святой водой. Мужик лежал без памяти, насилу его отходили.
        Банник очень любит рожениц, особенно когда они приходят к нему не только рожать, но и жить на третий день после родов, или, как это принято у богатых и добрых мужиков, — на неделю.
        В большинстве случев банный дух невидим, его движение можно только слышать: под полком, за каменкой, в куче неопаренных веников, но если рано утром на Пасху прокрасться в баню, то есть шанс увидеть спящего баенника. На голове у него — шапка-невидимка, но в Светлое
        Христово Воскресенье колдовство не действует, и спящий банный дух становится видимым. Если сдернуть у него с головы шапку и добежать с нею до церкви, то станешь колдуном. Если же баенник догонит тебя — то убьет по-своему: сердце остановит или кровь в голову ударит.
        У хозяина бани имеется также неразменный рубль, который всегда возвращается к своему хозяину. Его можно заполучить у баенника обманом: подбросить ему спеленатую черную кошку, приговаривая при этом:
        «На тебе ребенка, дай мне беспереводимый целковый».
        Ходили к баеннику девушки и гадать: гадающий просовывает в двери бани голую спину, а баенник либо бьет его по спине когтистой лапой, либо гладит мягкой шерстяной ладонью, в зависимости от этого и ответ на заданный вопрос считается благоприятным или неблагоприятным, но может и пойти на коварство: рассказывают, как одна девушка пошла к бане гадать, а баенник попросил дать ему руку, дескать, золотых колец насажу. А насадил железных, да так, что девка едва руки не лишилась.
        Ну а места, где стояли бани, — баенника повсеместно считались в народе местами погаными и очень опасными. Если баня сгорала, то на этом месте ни один уважающий себя хозяин не ставил ничего кроме новой бани.
 
 
 
  Обзоры саун
   
 
 
 
 
В сауну не стоит ходить одному. Рекомендуем: лучшие девушки Красноярска!
Отличные фотогалереи с множеством фотографий, цены и контакты.
 
Реклама:
 
 
 
 
  Поиск сауны
 
от  до   руб. в ч.
Полный каталог саун Красноярска
 
 
 
 
  Обзоры саун
 

По вопросам размещения рекламы на сайте обращайтесь по электронной почте .

 
 
 
главная : сауны : статьи : обзоры саун : юмор : форум : карта сайта
 
Stalker TOP  
q